CX 25D Turbo 2 (Игорь IgXMV6)

Для человека, знающего об устройстве автомобиля примерно столько же, сколько о семейных традициях зулусских аборигенов, обладание «Ситроеном» можно сравнить разве что с положением несчастного священника из «Приключений принца Флоризеля», сбрендившего от случайно попавшего в руки алмаза «Око света». И хотя в отличие от служителя божьего, эта машина еще не довела меня до смертного одра, общего действительно очень много: никто не понимает, как природа создала алмаз, такой прозрачный и блестящий, а я, в силу полного технического идиотизма, не понимаю как можно было придумать автомобиль вообще, и «Ситроен» в частности.
Это моя третья машина. До этого был «бешеный стул» – Дэу-Ланос. Он не любил дорогу, рыская носом на скорости после 130-ти, и очень любил кочки, постоянно сообщая о них водительской заднице. Потом случилась, пардон, «Волга». Не подумайте обо мне плохо – новая была, из салона. Это, правда, ни ей, ни мне не помогло. Ибо если корова громко мычит, но молока при этом не дает, к тому же до фига жрет и страдает энурезом, ее отправляют на бойню. Так и случилось.
Должен заметить, что всем своим машинам я даю имена. Первую звали Твигги. Вторую – Арчибальд. Третье приобретение (Ситоен СХ 25, 1987 года выпуска) получило гордое имя Модест. История покупки этого существа не лишена логики, чего не скажешь о процессе эксплуатации. Нарастив мышцы вождением «Волги» без гидроусилителя руля и материально подистощившись от постоянных ее заправок (15 л. 95-го на 100 км.), я не то чтобы принял решение искать другую машину, а просто постоянно ныл в семейном кругу, жалуясь на ущербность Арчибальда. Моей «скво» это нытье так или иначе надоело, она напрягла то место на котором носят шляпку и вспомнила дядюшку из Каменца-Подольского, который в свое время зарабатывал, пригоняя в Украину подержанные иномарки. Выяснилось, правда, что он с этим делом уже завязал, но в гараже у него стоит какой-то Ситроен, пригнанный лет шесть назад и крайне бережно эксплуатировавшийся ввиду маниакальной любви хозяина.
Нелюбовь к французам на Руси началась в 1812 с нашествия Наполеона и окончилась во вторую мировую с появлением эскадрильи «Нормандия-Неман». Таким образом, с точки зрения исторической справедливости ничего зазорного в приобретении французского автомобиля не было. Интернет открыл для меня чудовищную нелепость дизайна этой машины и дикое количество всевозможных оригинальностей, которыми напичкано это порождение воспаленной инженерной мысли. Я не считаю себя человеком стопроцентно нормальным (впрочем, где вы такого видели?), поэтому очевидная ненормальность машины произвела на меня неизгладимое впечатление. Далее пошло изучение общественного мнения. Опросы показали, что человечество делится на две части: большинство, которое не любит и не понимает Ситроен, а всех его приверженцев считает идиотами, и меньшинство, отрицающее все, кроме Ситроена, и, в свою очередь, причисляющее к идиотам всех, кто его не любит и не понимает. Понятное дело — в этой пикантной ситуации я возжелал примкнуть к меньшинству.
Увидев Модеста воочию, я убедился в правильности своего выбора. Огромное чудовище имело придурковатую внешность, 2,5-литровый дизель с турбиной, нержавый кузов, полный электропакет, кондиционер с климат-контролем но без фриона и салон без следов случайных интимных связей. Мой особый восторг вызвал установленный между сиденьями десятиполосный эквалайзер, прекрасно окрашивающий звук даже самого убогого магнитофона.
…Знаете, есть люди, и до 50-ти выглядящие молодо. Как раз тот случай. Модест обманул меня моложавой внешностью. В том, что он затаился и задумал что-то плохое, убеждает его идеальное поведение по пути в Киев. 500 км. он отмахал резво, без сучка и задоринки и после убожества ГАЗ 3110 показался мне верхом совершенства. Я ошибался.
Поездив по инерции в Киеве еще с неделю, Модест произнес фразу, надиктованную Штирлицем агенту, которого советский резидент собирался эдак через пол часика пристрелить: «Штандартенфюрер, я смертельно устал…» Сначала накрылось сцепление, замена которого повергла меня в технологический шок: на этом изумительном автомобиле коробку можно достать только на снятом двигателе. Об этом с нотками сладострастия мне сообщили на СТО (ул. Северная,1 – никогда туда не обращайтесь!!!), запросив только за работу 800 грн. Началась борьба человека и машины, которая продолжается и по сей день.
Модест понял, что еще какое-то время в него будут вкладывать деньги, и на следующий день после выезда со станции подло спалил себе стартер. Это дело обошлось в 180 у.е. за б/у плюс работа. После этого Модя уже не наносил нокаутирующих ударов, решив взять меня измором. В ходе поединка, шедшего с переменным успехом, это порождение французского автомобилестроения принудило меня профинансировать замену шаровых опор, гофры, радиатора, всех гидравлических сфер, трех стоек (две задние и передняя), дозатора… Парни с Северной были очень довольны, вешая мне (как я теперь понимаю) много лапши на лопушистые уши. Бог увидел мои страдания. К борьбе подключились действительно квалифицированные люди. Северная была забыта как страшный сон, а Модест, похоже, испугался и начал сдаваться. Я даже смотался на нем в Харьков (1000 км. в оба конца). По дороге он цинично надругался над всеми пожилыми «Опелями» и новыми «десятками», проявив невиданную прыть. 180 идет легко. Я чувствовал себя комфортно и сухо. Не знаю, может, он снова затаился…
Из этой леденящей душу истории я сделал один вывод – мне нравится Ситроен. И, думаю, моя следующая машина будет этой же марки. Если, конечно, Модест не превратит меня в бедняка…

 
Запись опубликована в рубрике CX. Добавьте в закладки постоянную ссылку.